Тедди всегда верил в теории заговоров. Он не просто читал о них в интернете — он жил ими. Его кузен Ленни, человек не самого острого ума, обычно просто кивал на идеи Тедди. На этот раз речь шла о главе крупной корпорации, миссис Эвелин Райт. Тедди был уверен: она — не человек. По его мнению, она прибыла из галактики Андромеды с одной целью — уничтожить всё живое на Земле.
План созрел быстро. Ленни, хоть и сомневался, согласился помочь — больше из семейной верности, чем из убеждённости. Они выследили график миссис Райт. Однажды вечером, когда она одна вышла к своему автомобилю на подземной парковке, они действовали. Было неловко и сумбурно, но им удалось уговорить её сесть в фургон Ленни. Тедди говорил что-то про срочное сообщение от «высших сил». Эвелин, вероятно, решила, что имеет дело с сумасшедшими, но сопротивляться не стала — слишком неожиданной была ситуация.
Местом содержания стал старый подвал в заброшенном доме на окраине города, который когда-то принадлежал их семье. Помещение было сырым, с голыми бетонными стенами и единственной лампочкой под потолком. Именно здесь Тедди изложил пленнице свои условия. Он не причинял ей физического вреда — он считал себя не похитителем, а переговорщиком от человечества.
— Вы должны составить послание, — сказал он, глядя на испуганную, но собранную женщину. — Обращение к императору Андромеды. Я знаю, что вы — его агент. Попросите его принять меня на своём корабле. Мне нужно обсудить детали. Ваш народ должен покинуть нашу планету. Мирно. Мы не хотим войны, но и не позволим вам её уничтожить.
Эвелин Райт, успешный топ-менеджер, привыкшая к совещаниям и жёстким переговорам, сначала пыталась говорить на языке логики. Она объясняла, что она — землянка, что у неё есть семья, документы, что всё это чудовищное недоразумение. Но Тедди лишь качал головой. Для него её земная биография была лишь искусной легендой.
Дни тянулись медленно. Ленни приносил еду и воду, чувствуя себя всё более неуютно. Тедди же был полон решимости. Он принёс в подвал блокнот и ручку, настаивая на составлении послания. Он диктовал фразы о «зелёной планете», о её хрупкой красоте, о праве людей на существование. Он требовал гарантий отъезда и аудиенции у инопланетного правителя.
Эвелин, поняв, что разумные аргументы не работают, стала действовать иначе. Она сделала вид, что поддаётся его бреду. Медленно, будто обдумывая каждое слово, она начала писать. Но текст её «послания» был наполнен не межгалактическими терминами, а намёками на реальное местоположение, описаниями примет дома, закодированными просьбами о помощи. Она играла в опасную игру, надеясь, что если это сообщение куда-то уйдёт, кто-то сумеет его расшифровать.
Тем временем Тедди, воодушевлённый её «сотрудничеством», всё больше погружался в свои фантазии. Он рассказывал Ленни о том, как они спасут мир, как их имена войдут в историю. Он уже почти видел себя на борту сияющего корабля, ведущим судьбоносные переговоры с инопланетным владыкой. Он не замечал, как его кузен, глядя на измождённую, но не сломленную женщину, начинал тихо сомневаться в правильности этого «спасительного» плана. А в сыром подвале, под тусклым светом лампочки, судьба трёх людей зависела от хрупкого равновесия между безумием, страхом и слабой, но теплящейся надеждой на спасение.
