Милли жаждала перемен. Устав от прошлого, она искала место, где можно было бы начать всё заново. Объявление о вакансии в доме Винчестеров казалось подарком судьбы — тихая должность горничной в прекрасном особняке, вдали от назойливых вопросов и старых знакомств.
Особняк Винчестеров поражал своим величием. Высокие потолки, старинные портреты на стенах, тихий шелест штор в просторных залах. Сначала Милли наслаждалась спокойной рутиной: начищала до блеска серебро, поправляла складки на тяжелых бархатных шторах, вдыхала запах воска и старины. Но чем дольше она жила в этих стенах, тем больше замечала странности.
Правила в доме были не просто строгими — они были бессмысленными. Например, комната в восточном крыле всегда должна была оставаться запертой, но её требовалось убирать каждый четверг. Ключ хранился у экономки, миссис Торн, женщины с каменным лицом, которая выдавала его, не произнося ни слова. В библиотеке нельзя было передвигать книги на верхней полке у камина, хотя пыль с них нужно было аккуратно стирать. А по вечерам, ровно в девять, все слуги должны были находиться в своих комнатах, будто в доме происходило что-то, чего им не положено было видеть или слышать.
Сначала Милли списывала это на причуды богатых людей. Но однажды ночью, проснувшись от странного шума, она выглянула в коридор. Из-под двери той самой запретной комнаты в восточном крыле струился слабый, мерцающий свет, и доносился приглушенный, монотонный голос, похожий на чтение молитвы или заклинания. Сердце Милли забилось чаще. Она хотела подойти ближе, но в конце коридора мелькнула тень — миссис Торн молча наблюдала за ней, сложив руки на груди.
На следующий день атмосфера в доме стала ещё более гнетущей. Хозяева, мистер и миссис Винчестер, всегда вежливые и сдержанные, теперь смотрели на Милли с непривычной пристальностью, будто пытались что-то разглядеть в её глазах. В их улыбках появилась натянутость, а вопросы о её прошлом, которые раньше задавались мимоходом, стали более целенаправленными.
Милли начала копаться в прошлом семьи Винчестеров. Из обрывков разговоров, старых газет в каминной комнате и намёков садовника, старого Джозефа, сложилась пугающая картина. Оказывается, лет двадцать назад в особняке произошла трагедия — исчезла младшая дочь семьи, Эмили. Её искали, но безуспешно, а со временем тему перестали поднимать, будто её никогда и не существовало. Комната в восточном крыле была как раз её детской.
Чем больше Милли узнавала, тем яснее понимала: Винчестеры что-то скрывают. И это что-то было связано не только с их пропавшей дочерью, но и с целой чередой странных событий в округе. А ещё она чувствовала, что её собственные секреты, те самые, от которых она бежала, тоже не укрылись от внимания хозяев дома. Иногда ей казалось, что её вещи в комнате прислуги кто-то перекладывал. А в окно своей каморки она несколько раз видела, как мистер Винчестер стоит в саду и смотрит прямо на неё, не отводя взгляда.
Теперь Милли оказалась в ловушке. С одной стороны — жуткие тайны особняка, которые манили её разгадать. С другой — нарастающее ощущение, что за ней самими пристально следят, а её прошлое, полное собственных ошибок и скрываемых фактов, вот-вот всплывёт на поверхность. Она приехала сюда, чтобы спрятаться, но оказалось, что попала в место, где все тени прошлого, и её собственные, и этой семьи, оживают, переплетаясь в опасный клубок. Страх боролся в ней с любопытством. Но чтобы выжить и сохранить себя, ей нужно было понять, что же на самом деле происходит за этими стенами, пока её собственные секреты не стали оружием против неё.
